Поклевещу на черновики с досады.
"В своем отрочестве Араторн также был воспитываем в этом доме, и он был другом Элладана и Элрохира, сыновей Элронда"
Эта дружба смертного отрока с многотысячелетними существами, как обычно, очень удивляет. Что общего между этим и теми?! "- Ой, мне с вами так интересно, так интересно! - А нам с тобой?" Даже если вам по десять лет, а с вами пятилетнее дитя таскается - вы ему, может, офигеть как интересны, но вам оно будет только в тягость.
"и часто он ходил на охоту с ними. Теперь сыновья Элронда не охотились на диких зверей, но они преследовали орков, где бы они ни могли найти их; и это они делали из-за Келебриан, их матери, дочери Галадриэль".
Говорили уже об этом, но я не могу мимо этого молча пройти. Где-то когда-то за сотни километров отсюда какие-то орки напали на маменьку - и теперь сыновья (и автор, и читатели) свято уверены в своем праве нападать на орков вообще в любом месте, в любое время и вечно, вечно, вечно! И даже не нападать, а просто и честно: охотиться. А давайте на охоту поедем, орков постреляем? А давайте! Прикольно же. Что на животных, что на орков - разницы же никакой. Хотя нет, зверюшек все-таки хотя бы иногда жалко, а орков - нет.
Но спрашивается: а почему сыновья Элронда занялись этой охотой только после прискорбного случая с их матерью? А до того они к оркам как относились? Лучше, что ли? Да вроде не должны, потому что любой эльф обязан орков ненавидеть. Так почему же они до того на орков не охотились?
"и хоть она была спасена Элрондом и его сыновьями и привезена домой и ухаживаема, и ее повреждения тела были исцелены, она лежала под великим облаком страха, и она не любила Средиземье больше; так что наконец Элронд согласился на ее мольбу, и она прошла в Серые Гавани и ушла на Запад, чтобы никогда не вернуться".
Эээ... я совсем не поняла насчет наконец согласия на ее мольбу. Она что, просто так уехать за Море не могла, только после разрешения Элронда? А это разрешение - это разрешение мужа или правителя? Хотя что так, что так, все равно паршиво выходит. Что жена, без мужнего позволения уехать не могущая, что подданная, не могущая уехать без позволения правителя - что то погано, что это. А если бы она без позволения уехала, то что бы было? Догнали бы и вернули?
Нет, в самом деле! Что это?! Она его умоляет (не просит даже, умоляет!), а он наконец (!!), так и быть, согласился. Блин, и это очередной пример супружеской любви и согласия в каноне?! Или что?!