Дальше канон:
I know of no other writings about the Istari save some very rough and in part uninterpretable notes that are certainly much later than any of the foregoing, and probably date from 1972:
We must assume that they [the Istari] were all Maiar, that is persons of the "angelic" order, though not necessarily of the same rank. The Maiar were "spirits," but capable of self-incarnation, and could take "humane" (especially Elvish) forms. Saruman is said (e.g. by Gandalf himself) to have been the chief of the Istari – that is, higher in Valinórean stature than the others. Gandalf is evidently the next in the order. Radagast is presented as a person of much less power and wisdom. Of the other two nothing is said in published work save the reference to the Five Wizards in the altercation between Gandalf and Saruman [The Two Towers III 10]. Now these Maiar were sent by the Valar at a crucial moment in the history of Middle-earth to enhance the resistance of the Elves of the West, greatly outnumbered by those of the East and South. It may be seen that they were free each to do what they could in this mission; that they were not commanded or supposed to act together as a small central body of power and wisdom; and that each had different powers and inclinations and were chosen by the Valar with this in mind.
Other writing are concerned exclusively with Gandalf (Olórin, Mithrandir). On the reverse of the isolated page containing the narrative of the choice of the Istari by the Valar appears the following very remarkable note:
Elendil and Gil-Galad were partners; but this was "the Last Alliance" of Elves and Men. In Sauron's final overthrow, Elves were not effectively concerned at the point of action. Legolas probably achieved least of the Nine Walkers. Galadriel, the greatest of the Eldar surviving in Middle-earth, was potent mainly in wisdom and goodness, as a director or counsellor in the struggle, unconquerable in resistance (especially in mind and spirit) but incapable of punitive action. In her scale she had become like Manwë with regard to the greater total action. Manwë, however, even after the Downfall of Númenor and the breaking of the old world, even in the Third Age when the Blessed Realm had been removed from the "Circles of the World," was still not a mere observer. It is clearly from Valinor that the emissaries came who were called the Istari (or Wizards), and among them Gandalf, who proved to be the director and coordinator both attack and defence.
Who was "Gandalf?" It is said that in later days (when again a shadow of evil arose in the Kingdom) it was believed by many of the "Faithful" of that time that "Gandalf" was the last appearance of Manwë himself, before his final withdrawal to the watchtower of Taniquetil. (That Gandalf said that his name "in the West" had been Olórin was, according to this belief, the adoption of an incognito, a mere by-name.) I do not (of course) know the truth of the matter, and if I did it would be a mistake to be more explicit than Gandalf was. But I think it was not so. Manwë will not descend from the Mountain until Dagor Dagorath, and the coming of the End, when Melkor returns. 8 To the overthrow of Morgoth he sent his herald Eönwë. To the defeat of Sauron would he not then send some lesser (but mighty) spirit of the angelic people, one coëval and equal, doubtless, with Sauron in their beginnings, but not more? Olórin was his name. But of Olórin we shall never know more than he revealed in Gandalf.
Will thou learn the lore / that was long secret
of the Five that came / from a far country?
One only returned. / Others never again
under Men's dominion / Middle-earth shall seek
until Dagor Dagorath / and the Doom cometh.
How hast thou heard it: / the hidden counsel
of the Lord of the West / in the land of Aman?
The long roads are lost / that led thither,
and to mortal Men / Manwë speaks not.
From the West–that–was / a wind bore it
to the sleeper's ear, / in the silences
under night-shadow, / when news is brought
from lands forgotten / and lost ages
over seas of years / to the searching thought.
Not all are forgotten / by the Elder King.
Sauron he saw / at a slow menace ....
There is much here that bears on the larger question of the concern of Manwë and the Valar with the fate of Middle-earth after the Downfall of Númenor, which must fall quite outside the scope of this book.
8 This is a reference to "the Second Prophecy of Mandos," which does not appear in The Silmarillion; its elucidation cannot be attempted here, since it would require some account of the history of the mythology in relation to the published version.
Я не знаю ни о каких других записях об истари, исключая некоторые очень черновые и частью не поддающиеся интерпретации примечания, что определенно намного более поздние, чем любая из предыдущих, и возможно, датируются 1972 г.:
Мы должны предположить, что они [истари] были все майар, то есть персонами «ангелического» порядка, хоть не обязательно одного и того же ранга. Майар были «духи», но способные к самовоплощению, и могли принимать «человеческие» (особенно эльфийские) формы. Саруман, говорится (например, самим Гэндальфом), был главным из истари – то есть выше по валинорскому статусу, чем другие. Гэндальф, очевидно, следующий по порядку. Радагаст представлен как персона много меньшей силы/власти и мудрости. Об остальных двух ничего не сказано в опубликованных работах, исключая отсылку к Пяти Магам в перебранке между Гэндальфом и Саруманом [«Две Башни» III, 10]. Теперь эти майар были посланы валар в решающий момент в истории Средиземья, чтобы усилить сопротивление эльфов Запада, значительно превзойденными численностью таковыми востока и юга. Может быть видимо, что они были свободны делать что они могли в этой миссии; что они не были приказываемы или предполагаемы действовать вместе как маленький центральный орган силы/власти и мудрости; и что каждый имел различные возможности и наклонности и был выбран валар ввиду этого.
Другие записи имеют отношение исключительно к Гэндальфу (Олорину, Митрандиру). На обороте отдельной страницы, содержащей повествование о выборе истари валар, появляется следующее очень примечательное примечание:
Элендил и Гил-Галад были партнерами; но это был «Последний союз» эльфов и людей. В окончательном свержении Саурона эльфы не были эффективно задействованы в моменте действия. Леголас, возможно, выполнил меньше всего из Девяти Ходоков. Галадриэль, величайшая из эльдар, выживших в Средиземье, была могущественна главным образом в мудрости и доброте, как руководитель или советник в борьбе, непобедимая в сопротивлении (особенно ума и духа), но неспособная в карательном действии. В своем масштабе она стала как Манвэ относительно более великого общего действия. Манвэ, однако, даже после Падения Нуменора и разрушения старого мира, даже в Третью Эпоху, когда Благословенное Королевство было передвинуто из «Кругов Мира», был все еще не простым наблюдателем. Несомненно, что из Валинора эмиссары пришли, кто были названы истари (или маги), и среди них Гэндальф, кто оказался быть руководителем и координатором равно нападения и защиты.
Кто был «Гэндальф»? Говорят, что в более поздние дни (когда снова тень зла воспряла в Королевстве) было веримо многими из «Правоверных» того времени, что «Гэндальф» был последним явлением самого Манвэ, прежде его окончательного удаления на дозорную башню Таникветиль. (То, что Гэндальф сказал, что его имя «на Западе» было Олорин, было, согласно этому верованию, принятием инкогнито, простым прозвищем). Я не знаю (конечно) истины [этого] вопроса, и если бы я знал, это было бы ошибкой быть более точным/подробным, чем Гэндальф был. Но я думаю, это было не так. Манвэ не спустится с Горы до Дагор Дагорат и прихода Конца, когда Мелькор вернется 8. На низвержение Моргота он послал своего герольда Эонвэ. На поражение Саурона не послал ли он тогда некоторого меньшего (но могущественного) духа ангелического народа, кого-то ровесника и равного, несомненно, с Сауроном в их начале, но не более? Олорин было его имя. Но об Олорине мы не будем никогда знать больше, чем он раскрыл в Гэндальфе.
Это следуемо шестнадцатью строчками стиха в аллитеративной строфе:
Узнаешь ли ты предание / что было долго тайной,
О Пяти, что пришли / из далекой страны?
Один только вернулся. / Другие никогда снова
Под господством людей / Средиземье не будут искать,
пока Дагор Дагорат / и Судьба/Рок не придет.
Как ты услышал это: / скрытый совет
Владык Запада / в земле Амана?
Долгие дороги потеряны, / что вели туда,
И со смертными людьми / Манвэ не говорит.
От Запада-что-был / ветер нес это
К спящего уху, / в тишинах
Под ночной тенью, / когда новости принесены
Из земель забытых / и потерянных эпох
Через моря лет / к ищущей мысли.
Не все забыты / Старшим Королем.
Саурона он видел / в медленной угрозе…
Имеется многое здесь, что имеет отношение к более обширному вопросу заботы Манвэ и Варды о судьбе Средиземья после Падения Нуменора, который должен выпасть совсем за рамки этой книги.
8. Это отсылка ко «Второму пророчеству Мандоса», которое не появляется в «Сильмариллионе»; ее объяснение не может быть попробовано здесь, коль скоро оно бы потребовало некоторого описания мифологии в отношении к опубликованной версии.
И по какой-то совершенно неизвестной причине я в прошлый раз обрезала примечание, где единственные во всем каноне подробности о королеве Берутиэль и ее кошках. Мы это примечание уже видели, когда историю Гондора жевали, но по тексту так по тексту, так что я его добавляю:
Even the story of Queen Berúthiel does exist, however, if only in a very "primitive" outline, in one part illegible. She was the nefarious, solitary, and loveless wife of Tarannon, twelfth King of Gondor (Third Age 830-913) and first of the "Ship-kings", who took the crown in the name of Falastur "Lord of the Coasts," and was the first childless king (The Lord of the Rings, Appendix A, I, ii and iv). Berúthiel lived in the King's House in Osgiliath, hating the sounds and smells of the sea and the house that Tarannon built below Pelargir "upon arches whose feet stood deep in the wide waters of Ethir Anduin;" she hated all making, all colours and elaborate adornment, wearing only black and silver and living in bare chambers, and the gardens of the house in Osgiliath were filled with tormented sculptures beneath cypresses and yews. She had nine black cats and one white, her slaves, with whom she conversed, or read their memories, setting them to discover all the dark secrets of Gondor, so that she knew those things "that men wish most to keep hidden," setting the white cat to spy upon the black, and tormenting them. No man in Gondor dared touch them; all were afraid of them, and cursed when they saw them pass. What follows is almost wholly illegible in the unique manuscript, except to the ending, which states that her name was erased from the Book of the Kings ("but the memory of men is not wholly shut in books, and the cats of Queen Berúthiel never passed wholly out of men's speech"), and that King Tarannon had her set on a ship alone with her cats and set adrift on the sea before a north wind. The ship was last seen flying past Umbar under a sickle moon, with a cat at the masthead and another as a figure-head on the prow.
Даже история королевы Берутиэль существует, однако, если только в очень «примитивном» наброске, в одной части нечитаемом. Она была скверной/нечестивой, одинокой и лишенной любви женой Тараннона, двенадцатого короля Гондора (830-913 гг. Т.Э.) и первого из «Корабельных королей», кто принял корону под именем Фаластур, «Владыки Побережий» и был первым бездетным королем (ВК, Приложение А, I, ii и iv). Берутиэль жила в королевском доме в Осгилиате, ненавидя звуки и запахи моря и дом, что Тараннон построил ниже Пеларгира «на арках, чьи подножия стояли глубоко в обширных водах Этир Андуин»; она ненавидела все создание/ремесло [признаться, я тут в затруднении. «making» - процесс создания чего-либо], все цвета и сложное украшение, нося только черное и серебряное и живя в пустых/голых комнатах, и сады дома в Осгилиате были наполнены искаженными скульптурами под кипарисами и тисами. Она имела девять черных кошек и одну белую, своих рабов, с которыми она беседовала или читала их памяти, направляя/заставляя их раскрывать все темные тайны Гондора, так что она знала те вещи, «что люди желают больше всего хранить скрытыми», направляя/заставляя белую кошку шпионить за черными и мучая их. Никакой человек в Гондоре не дерзал коснуться их; все боялись их и проклинали, когда они видели их проходящими. То, что следует [дальше], почти полностью нечитаемое в уникальной [в смысле, единственной] рукописи, исключая окончание, которое утверждает, что ее имя было стерто из Книги Королей («но память людей не полностью заключена в книгах, и кошки королевы Берутиэль никогда не проходили полностью из людской речи»), и что король Тараннон поместил ее на корабль одну с ее кошками и отправил на волю волн в море при северном ветре. Корабль был последний раз виден летящим мимо Умбара под серпом луны, с кошкой на верхушке мачты и другой [кошкой] как носовой фигурой на носу.
