Основной форум > Основной форум

Наше хранилище

(1/6) > >>

Krakodil:
Переносим сюда законченные и отдельные мысли, замечания по поводу канона, а также канонические материалы вроде карт. Чтобы было более-менее под рукой и не надо было лазить за ними по всему нашему трепу.

Здесь только склад. Если кому-то хочется добавить, поправить, оспорить и проч., просьба делать это на Перекрестке.

И прямо на двери самая что ни на есть единственная канонически верная карта Белерианда и окрестностей, известная как "Вторая карта Сильмариллиона":


А вот ссылка на хорошую и правильную карту Средиземья, с масштабом как положено:

http://blog.lefigaro.fr/hightech/assets_c/...-map-33096.html

А вот общая карта локаций Первой и Третьей Эпох, совмещенная с учетом новых сведений:


А вот ссылка на письма Профессора, все полностью онлайн

https://predanie.ru/tolkin-dzhon-ronald-rue...k/216922-pisma/

Канон Священный целиком, архивированный:

https://cloud.mail.ru/public/EGXj/1h7YXZMyo

Krakodil:
О пропаганде и образе орков в ВК на примере главы "Урукхай"

Несмотря на то, что орки до сих пор ничем конкретным особо не отличились (за исключением короткой стычки в Мории, где они ведут себя нисколько не ужаснее солдат любого противника на любой войне), при помощи искусно вкрученных там и сям слов читатель уже подготовлен. Подготовлен настолько, что орочья башка на копье в предыдущей главе не вызывает в его нежной душе никакого диссонанса. Представьте себе, если бы на том копье была насажена человечья голова - у значительной части читателей в душе ворохнулась бы хотя бы тень мыслишки о том, что что-то тут как-то оно не очень, какие-то роханцы уж чересчур... перегибают палку, в общем. А орочья голова - да все нормально, так и надо. И заодно никакого морального дискомфорта при мысли о том, что вообще-то Эомер со товарищи поубивали орков, которые не сделали им ничего плохого, что орки были убиты только за то, что просто бежали себе мимо по территории, не трогая никого из роханцев. Собственно, и мысли-то этой самой никому в голову не закрадывается, поэтому дискомфорту и возникнуть-то неоткуда.

И вот наконец эти самые омерзительные и уродливые орки во всей своей отвратительности. Содрогнись же, читатель! Постигни всю их мерзость и проникнись идеей необходимости тотального уничтожения ее носителей.

Итак, они тащат хоббитов. Тех самых милых няшек, которым читатель сопереживает уже вторую часть ВК. На которых автор потратил едва ли не половину первой книги (книги, не части!), чтобы показать, насколько они милые, няшные и пушистые, и ростом как дети. Читатель проникся. У части дам вдобавок поднимает голову материнский инстинкт, бессмысленный и беспощадный: ах, они тааааакииииие масенькие! как можно обижать таких милых малюток?! спасти, обогреть дать сиську накормить и успокоить. Сюси-пуси у-ня-ня. Кого-то умиляет? А меня, поганку, нет. У меня напротив опции "материнский инстинкт" галочки не проставлено и настоятельная потребность менять памперсы существам маленького роста во мне не вопиет.
И бесполезно возражать, что если ты такой малипусенький и слабенький, то сиди дома и не лезь туда, где можешь огрести. И что вообще-то ситуация, когда я дам тебе в морду, а ты мне не моги, потому что я маленький, возмутительна. Ввязался в чужие забавы на равных - значит, и огребай как равный, без скидки на размер, пол и возраст. Но взывать к мозгам, когда инстинкт велит кудахтать и хлопать крыльями, - это дохлый номер.

Итак, читатель послушно кушает и все больше проникается. И в голову ему даже не закрадывается мысль об искусной подмене понятий.

Все представители Сил Добра, досель и впредь попавшиеся нам в тексте, обращаются с хоббитами наилучшим образом. А Слуги Зла не имеют никакого желания целоваться с ними в десны - какие они сволочи! А включить мозги и подумать, что распрекрасным Силам Добра хоббиты союзники, а Слугам Зла они противники, и что поэтому Слугам Зла нет никакого резона тетешкаться с пленным противником в условиях военного времени - на это мозгов уже недостает. Ленив ум человеческий ибо.

Чтобы получить реальное представление о том, насколько хороши Силы Добра и насколько плохи Слуги Зла, необходимо показать тех и других в полностью зеркальных ситуациях: как Слуги Зла обращаются со своими союзниками и как Силы Добра обращаются с противником, взятым в плен с целью получить от него информацию (уловили, да? Не просто сдавшегося или взятого в плен в ходе, скажем, боевых действий, а именно как "языка". Хотя можно и просто пленного, ну хотя бы чисто для примера). Но у нас нет ни того, ни другого. Нигде на всем пространстве текста ВК нам не явят ни одного примера, кроме вскользь упоминания о военнопленных дунлендингах у Сил Добра, а о Слугах Зла и того не будет.

Нам же старательно расписывают картину: союзники обращаются с хоббитами хорошо, а враги - кель сюрприз! - плохо. Надо же, какие они гады.

То есть, и понятия-то подменяются даже не искусно, а примитивно и грубо - а читатель ведется. Вот вы видели этот текст не раз и не два - а хоть кто-нибудь обратил на это внимание? Вот то-то же.

Теперь далее. Речь и манеры орков тоже должны заставить читателя проникнуться омерзением и праведным негодованием. Хотя, строго говоря, орки разговаривают менее грубо, чем те же нехорошие парни в Шире в конце третьей части. Но это все ерунда. Потому что нам опять примитивно и грубо подменяют понятия.

Доселе и впредь встреченные нами представители Сил Добра говорят гораздо более культурно и манеры их тоже являют собой весьма приятную картину. Но никому и в голову не закралась мысль, что все, абсолютно все встреченные нами представители Сил Добра - Элронд, Галадриэль, Гэндальф, и т.д., список продолжите сами - все они принадлежат к самой верхушке общества. Элронд и Галадриэль правители, Арагорн будущий король, получил воспитание в Ривенделле, Леголас, Боромир и его брат - сыновья действующих правителей, Эомер - королевский племянник и даже Гимли представитель царского рода. Самым беспородным на нашем пути окажется Берегонд, но и он представитель элитной воинской части. Со стороны Сил Добра мы через текст общаемся исключительно со сливками общества. Вполне, блин, естественно, что они такие культурные и изысканные.

И в противоположность им нам показывают не Саурона, не Ангмарца, не кого-нибудь еще подобного. Нам показывают обычных рядовых военнослужащих в чине, я думаю, не выше сержанта. Ну в самом деле, кем еще мог быть Углук? Не офицером же! Ну и каких манер и речей вы от них ожидаете?! Для их общественного положения и рода занятий у них совершенно нормальные и обыденные и то, и другое. Или что, кто-то всерьез думает, что какой-нибудь гондорский сержант и его непосредственные подчиненные были вежеством под стать Фарамиру?

Для того, чтобы показать, насколько светлы Силы Добра и насколько мерзки Слуги Зла, нам должны были явить представителей одного и того же слоя. А фигу. Вместо этого нам демонстрируют, что аристократия Сил Добра вежественна и изысканна, а рядовая кирзуха Слуг Зла груба и проста, как ситцевые трусы за рупь двадцать. Как внезапно! Кто бы мог подумать!

А читатель опять радостно кушает. Приемы по сути примитивные и топорные, но кто остановился и задумался над этим?

Нет, я не подозреваю Профессора в такой намеренной изощренности. На это, скажем уж прямо, у него не хватило бы мозгов. Не тот он был человек, чтобы сознательно так вводить в заблуждение. Но если бы он делал это намеренно, то и тогда у него не получилось бы лучше, чем этот пример чистой и незамутненной пропаганды.

Ursa Maior:
Всё могло быть иначе...(о Денеторе и его сыновьях)  

Идея моя проста до банальности. Если в двух словах, то вот – поменяй братьев Денеторовичей местами в смысле возраста – и все могло быть иначе. Скажем так – с большой степенью вероятности. Это если в двух словах. Попробую развить эту мысль.

Дети у Денетора появились достаточно поздно. Больше половины своей довольно долгой жизни наместник Гондора прожил бездетным. То есть он вполне мог предполагать и опасаться, что династия прервётся. Конечно, он не был запредельно стар, дети рождались и у более возрастных родителей, но все же с каждым годом увеличивалась вероятность, что его род прервется. И вдруг у него Родился Сын! Именно так, это не опечатка. По значимости это событие было таково, что в сознании отца отпечаталось с большой буквы.
Сын. Наследник! Династия будет продолжена! Род не прервется! А еще – это просто его ребенок. Кровиночка. Возможно – долгожданная и желанная. А такие суровые мужики, как Денетор, сплошь и рядом в глубине души прячут способность к любви и нежности. Внешне это может особенно не проявляться, но чувства эти человек испытывает. В любом случае, это было Событие! И все эти факторы начисляют бонусы первенцу. То есть он еще никак себя не проявил, а уже на его счету изрядный аванс родительского благоволения – сверх обычных родительских чувств. Всё это, сами понимаете, досталось Боромиру.
А потом появился Фарамир. Именно так – появился. Был один сын – стало два. Да, это хорошо и просто замечательно. И праздник наверняка устроили, и напились на радостях. Но! Все это было вторично. Без того фейерверка эмоций, который наверняка был вызван рождением Боромира. Конечно, младшенького любили. Но вот тех самых бонусов на его счету уже не было. Ничего страшного, конечно, просто отметим это как факт.

А потом мальчики начали подрастать. И чем дальше, тем больше Денетор чувствовал, как близок ему Боромир. Случается, что жизнь дарит родителям такой подарок: ребенок оказывается не просто сыном или дочкой, а младшим другом, единомышленником, близким по духу существом. Этого не добьешься никаким воспитанием, это от природы – схожий образ мыслей, единая система ценностей, общность интересов. Когда один только подумал, а другой уже высказал. Когда тебя не просто понимают, а понимают так, как тебе нужно. Когда можно сказать что угодно, зная – тебя поймут правильно. Таких детей не просто любят обычной родительской любовью, к ним испытывают особое, гораздо более сильное чувство, которому даже нет названия. В нем – и радость, и гордость, и спокойная уверенность, знание, что этот – не подведет. Наверное, что-то похожее было у Денетора с Боромиром. Это был не просто сын – это был именно такой сын, которого ему хотелось иметь. Ну, и плюс те самые бонусы – первенец, наследник, все те эмоции, что были пережиты с его рождением и остались в подсознании навсегда. Всё это вместе и породило то отношение отца к сыну, которое заставило Гендальфа сказать, что Денетор любит Боромира “чересчур”. Это, конечно, не так. Всё сложилось таким образом, что Денетор просто не мог относится к старшенькому иначе.

А вот подрастающий Фарамир нвверняка вызывал у отца чувство легкого недоумения, а потом – и недовольства. Он был совсем не похож не Боромира. Не лучше его и не хуже, а просто – другой. Будь он единственным, Денетор принял бы его таким, какой он есть. Сын есть сын, какого судьба дала, такого и любишь. Но у Денетора был Боромир. И на его фоне младший сын казался еще более... не таким, как хотелось бы отцу. Возможно, он пытался какое-то время установить с Фарамиром такой же контакт, но потом оставил эти попытки. В этом не было нужды – у него был Боромир. 

А потом Боромир погиб...
Наверное, на Денетора это известие рухнуло многотонным горным обвалом. Согнуло, скомкало, прижало к земле, не давало дышать. И всё, что было плюсом – ушло в минус. Всё, что раньше доставляло радость, гордость и счастье - теперь лишь усиливало страшную боль, делало горе ещё более острым, а утрату – ещё более ощутимой. Ведь Денетор потерял не просто сына, а ещё младшего друга, близкую душу, понимающего собеседника. Помимо чисто родительского горя, в жизни Денетора образовалась ещё и громадная дыра, которую невозможно было заполнить.
У него остался только Фарамир. Казалось бы, общее горе должно как-то их сблизить. Возможно, так и случилось бы, будь Боромир для Денетора просто одним из сыновей, а не чем-то бОльшим. Возможно, они даже и сблизились – поначалу. Но чем дальше, тем сильнее Денетор понимал, что Фарамир – другой. Он знал это всегда, но раньше это не имело для него такого значения. А теперь он говорил Фарамиру то, что сказал бы Боромиру, но в ответ слышал совсем не то, что ожидал услышать, не то, что ему нужно было услышать в данную минуту. Всё, что делал Фарамир было – не так. Не потому, что неправильно, а просто не так, как поступил бы на его месте Боромир. Отца это задевало, огорчало, причиняло боль, напоминая о потере, потом стало раздражать. Он понимал, что Фарамир не виноват, он всегда был таким, отцу ли этого не знать! Несправедливо требовать от него, чтобы он стал другим! Но он ничего не мог поделать с собой – ему слишком не хватало Боромира. Из-за этого он испытывал чувство вины. Несильное, едва заметное, но постоянное. И вот эта гремучая смесь – неизбывное горе, растущее раздражение и ощущение своей вины – скапливалась, скапливалась в нём и достигла критической массы в тот момент, когда Фарамир вернулся после встречи с хоббитами. Это было последней каплей! А тут ещё раздражающий фактор в лице Гендальфа. И вот тут громыхнуло! И случилось то, что случилось.

А что было бы, родись Фарамир первым? 
Во-первых, все “бонусы” достались бы уже ему – долгожданный ребёнок, сын, наследник. Именно с ним была бы связана пережитая эйфория счастья. 
Во-вторых, довольно долгое время – до рождения Боромира (предположим, что у братьев такая же разница в возрасте), и потом ещё несколько лет, пока тот не подрос, отец воспринимал бы характер Фарамира как должное. Возможно, он далеко не сразу обнаружил бы, что Боромир ближе ему по духу, потому что тот не был бы центром родительского внимания. Конечно, с годами отец понял бы, что с младшим сыном ему проще, легче, уютнее, чем со старшим, но это не вызвало бы у него негативных эмоций по отношению к старшему, потому что отец давным-давно свыкся, что он такой, какой есть. Всё равно он его первенец, наследник и так далее. Те самые бонусы, которые в реальном варианте отдаляли сыновей в глазах отца друг от друга, в виртуальной реальности, напротив, сглаживали бы ситуацию. И после гибели Боромира у Фарамира не было бы нужды заменять брата в глазах отца, потому что он сам был бы старшим, сам был на первых ролях, сам был и оставался наследником. Денетор, конечно, сильно горевал бы, но это горе не было бы таким неизбывным. И раздражения к Фарамиру он бы не испытывал. Конечно, он рассердился бы за то, что тот не принёс ему Кольцо. Возможно, подумал бы, что Боромир поступил бы иначе. Но всё это – без той страшной гремучей смеси внутри. Поэтому, попеняв Фарамиру на его самодеятельнсть, Денетор всё же не был бы с ним так резок и беспощаден, как он был в описанной реальности. И Фарамир, возможно, не поехал бы к бродам... 

Ursa Maior:
"Мой король..."
Ах, сколько правоверного умиления вызывает сцена пробуждения Фарамира после излечения его от Чёрной Немочи! Благородный и благодарный наследник трона наместников мигом узнаёт в своём спасителе будущего короля (государя, властителя, повелителя - в разных переводах это звучит по-разному, но суть одна: Фарамир признал право Арагорна на престол Гондора). Ах, как всё это возвышенно, прекрасно, чудесно!

Не имея чести состоять в стройных рядах правоверных, я имею несколько иное мнение по поводу описанного и попробую его изложить.
На мой взгляд, эта сцена – самый ляпистый из всех ляпов в ВК. Хоть как крути, хоть с какой стороны ни рассматривай – не мог Фарамир знать, кого он увидел, едва открыв глаза. Промолчу уже про то, что даже знакомое лицо он опознал бы не сразу. После обычного наркоза когда приходишь в себя, и то не вдруг начинаешь идентифицировать окружающих, а Фарамир после Чёрной немочи очнулся, в которой он сколько – трое суток провёл? Будь ты трижды чудодейственный целитель – нельзя, невозможно вмиг запустить все процессы у того, кто почти что на тот свет отъехал. Организм так устроен, всё в нём происходит с определённой скоростью. И чем дальше пациент ушёл за край, тем медленнее будет возвращаться. И никакое волшебство тут ничего не изменит, потому что если мгновенно дёрнуть организм из одного состояния в другое, это будет такой стресс, что как бы больной от этакого целительства к праотцам не отправился уже всерьёз и навечно. А тут глаза не успел открыть – уже вычислил, что за незнакомая физиономия над ним склонилась и поспешил засвидетельствовать свою лояльность. Конечно, скажут, что это, мол, сказка. Да, вон Спящая красавица сто лет проспала, а потом вскочила, как ни в чём не бывало. И пролежней не было. Но сказка сказке – рознь. В "Репке" мышка по зову кошки становится в строй, и никому эта ситуация абсурдной не кажется. Но вот, к примеру, в "Путешествии Нильса с дикими гусями" подобные сцены немыслимы. Чем серьёзнее сказка, тем правдоподобнее она должна быть. В сказке про Иванушку с Алёнушкой живая вода уместна, а вот в ВК мгновенное исцеление - нет. По уму, Фарамир только через несколько часов смог бы слово сказать. А уж знать Арагорна ему пока и вовсе неоткуда. Не было у него возможности познакомиться.

Посмотрим теперь с другой стороны. Судя по тому, как Боромир сетует на отсутствие у отца королевского титула, 26 поколений наместников не слишком трепетно относились к миссии сохранения трона для представителей королевской династии. Проще говоря, они привыкли считать правителями себя, и за три тысячи лет, в принципе, были уже в своём праве. Фарамир, конечно, не был наследником, но он вырос с сознанием того, что он – сын правителя. Такое не уходит вмиг. Наоборот, чтобы расстаться с представлениями о жизни, впитанными с молоком матери, нужно очень сильно ломать себя. И дело не в честолюбии и стремлении к власти – для Фарамира это был образ жизни с рождения, всегда. В конце мы увидим, как милостивый Арагорн щедрой рукой дарует Фарамиру титул князя Итилиенского. Все аплодируют. Стоя. Кричали женщины "ура!" ...

Позвольте же не присоединяться к этому восторгу. Потому что я вижу это несколько иначе: Фарамир должен оставить родной город, в котором выросли они с братом, в котором похоронена его мать, за который он не раз рисковал жизнью и терял друзей; город, которым управлял его отец, а до него – бессчётное число предков, - и удалиться в лесную глушь, в богом забытый Итилиен. 

Но, допустим, Фарамиру в самом деле не нужен гондорский трон. Ну, вот такая у него странность, и он рад, что есть желающий его занять. Нам это кажется странным, мы придумываем объяснения этой дикой сцене, но, в конце концов, это личное дело Фарамира. Обидно, досадно, но – ладно. 
Но есть нюанс. Фарамир не знает о смерти Денетора. Не знает, что наместник сейчас – он. И, признавая Арагорна королём, он тем самымы свергает своего отца. Конечно, в истории такие случаи не редкость. Вон императора Павла Петровича задушили шёлковым гвардейским шарфом, и сыночек его старшенький весьма тому поспособствовал. Но Фарамир несколько отличается от "плешивого щёголя". Вы верите, что Фарамир способен свергнуть отца в пользу пришлого бродяги? Я – нет. 
Объяснить эту сцену снаружи сюжета можно довольно просто: автор хотел показать, как все поголовно признали в Арагорне короля, но несколько перестарался. 
А вот изнутри она не объяснима никак.
 

Krakodil:
О Мерисью на страницах канона.

***
Для начала определимся с терминами. Мерисью (далее «сьюха») — это совершенно необязательно невероятная сногсшибательная блондинка/брюнетка/вотэва. И ни разу не непременно проекция автора. И даже ни разу не персонаж исключительно фанфиков. Чтобы исключить разночтения, обратимся за определением сьюхи к гуглу всеведущему:

«Мери/Марти Сью — персонаж, которого автор наделил гипертрофированными, нереалистичными достоинствами, способностями и везением. Часто в введении такого персонажа можно распознать попытку автора «включения» самого себя в произведение и осуществление собственных желаний за его счет» ©.

Обратите внимание: «часто», а не «обязательно».
Мерисью — это персонаж, который любим автором до такой степени, что тот наделяет его способностями и достоинствами в невероятной степени и делает его совершенно неспособным проиграть даже по мелочи. А уж насколько автор ассоциирует себя с этим персонажем — это вопрос восемнадцатый или даже дальше.

Мне доводилось видеть много разных мнений на предмет наличия сьюх на страницах канона. Кто-то зачислял в них Арагорна (особых обоснований приведено не было, так что я оставляю это заявление на совести заявившего). Кто-то утверждал, что это Бильбо, в качестве одного из доказательств приводя слова Профессора «я сам немного хоббит» (но, как видим, ассоциация автора с персонажем сама по себе еще ничего не значит). Многие считают сьюхой Лютиэн (оснований у них для этого предостаточно, но в принципе можно крепко поспорить, так что безусловной сьюхой она не является. Прежде всего потому, что она не главный персонаж Сильма. Сильм не ею начинается и заканчивается тоже не ею, и вертится не вокруг нее).

Но все вышеприведенные мнения суть как минимум оспоримы, а как максимум и вовсе неверны. Однако надежная, махровая, 146%-ная сьюха на страницах канона вполне себе существует.

Это Гэндальф.

Вы не верите, что Гэндальф сьюха? Найдите в сети любой тест на мерисьюшность и прокрутите персонажа через него — результаты вас удивят. Я ради интереса тестов с десяток прошла, и отечественных, и буржуйских, будучи предельно честной (я не знаю, как Профессор относился к Гэндальфу, насколько он видел в нем себя самого, насколько обижался на критику в адрес этого персонажа, если таковая была, и т.д.) и отвечая утвердительно только в тех случаях, когда была твердо уверена в ответе — во всех, абсолютно во всех без исключения итогах получалась убер-Сью.

Да посмотрите сами, что имеет герр Гэндальф в своем арсенале (предполагается, что канон читали все, так что переписывать поголовно и полностью все примеры я не буду).

— принадлежит к расе/виду/классу со способностями выше человеческих,
Конечно! Он же майа, дух ангелической природы.

— которые удивляют и поражают других персонажей повествования,
Да. Начиная с первых страниц «Хоббита», где Бильбо вспоминает удивительные и поразительные фейерверки в дни рождения Старого Тука. Дальнейший список читать дня не хватит, остановлюсь только на одном: на Рат Динен (см. главу «Погребальный костер Денетора») Гэндальф, по определению имеющий человеческое тело, притом тело человека в возрасте, притом отнюдь не атлет, легко и непринужденно прямо с места запрыгивает на стол, поднимает на руки Фарамира и не менее легко и непринужденно прыгает обратно на пол, а потом еще и ведет разговор с Денетором, продолжая держать Фарамира на руках. Рост Гэндальфа 1,67 м, Фарамир же выше 1,90 м и весит ну хотя бы 85 кг (он ведь еще и полностью одет), однако Гэндальф проворачивает все это с величайшей легкостью. Не знаю, кто как, но лично я тут поражена сверх границ.

— да еще в процессе повествования апгрейдит эти способности,
Да, и это известно каждому, кто хотя бы раз открывал ВК. Был Гэндальф как Гэндальф, а вернулся белый и очень крутой: даже оружие не может ему повредить. Ну по крайней мере так заявляет сам Гэндальф, но разве он может врать?

— причем чудесным и невероятным образом.
Да. Вмешательства Эру Илуватара в ардынские дела — штука крайне редкая, а уж если еще и по его собственному, Эру, почину — так и вовсе невероятная. Никто не ожидал и не планировал, что Эру лично изволит обратить внимание на обстоятельства какого-то майа. Вдобавок и придание Гэндальфу дополнительных способностей не обусловлено ничем, кроме личного хотения всевышнего.

— он читает чужие мысли и обладает способностями к внушению и прочим ментальным штучкам.
Да еще как! Сказал Саруману «вернись» — и Саруман против воли вернулся. А сказал Сауруману «иди!» — тот пал на четвереньки и уполз. Сказал Теодену практически «встань и ходи» — и Теоден вдруг воспрядает. Неоднократно описаны ментальные взаимодействия Гэндальфа и Денетора.

О том, что и как думает и считает Саурон, кого он боится, чего желает, что планирует и т.д., Гэндальф рассказывает нам с поразительной регулярностью на протяжении всего ВК, и все это следует считать чистой правдой. Но вряд ли Саурон когда-либо исповедовался Гэндальфу, еще более вряд ли Саурон вел блог или писал в дневник. Иначе, чем чтением мыслей, этих речей Гэндальфа никак нельзя объяснить. Насчет Сарумана же Гэндальф прямыми словами говорит о том, что «я смотрел в его разум».

— и даже с животными находит общий язык в прямом смысле слова.
Скадуфакс повинуется ему беспрекословно, причем достаточно даже мысленного повеления. Орлы так и вовсе у Гэндальфа на посылках. Хоть и уверяют нас правоверные, что орлы-де чудо господне, но по факту-то орлы выполняют для Гэндальфа разведывательную работу (вон они летают над Андуином), возят его, куда он скажет (не только из Ортханка в Рохан, но и из Лориэна в Фангорн); летят и делают то, что он скажет (приносят Фродо и Сэма от Ородруина), разносят вести. И если, скажем, Радагасту по штату положено иметь взаимопонимание с животными, то откуда такие способности у Гэндальфа… ну просто потому что вот.

— он даже может становиться невидимым, причем самым необъяснимым образом,
Когда в «Хоббите» Торина и Компанию хватают гоблины, Гэндальф избегает плена именно потому, что как-то так внезапно делается невидимым. Потом, все так же оставаясь невидимым, он убивает Главного Гоблина и организует большой переполох, а еще потом становится видимым снова. Профессор никак и нигде не объясняет этих загадочных кунштюков, и не исключено, что и сам забыл об их существовании, но что написано, то написано.

— он героически жертвует собой ради высокой цели,
обрушив мост в Мории, чтобы остановить балрога;

— при этом все его оплакивают и по нем скорбят,
Каждый, от эльфов Лориэна до незамысловатого Эомера, кто слышит, что Гэндальф пал в пропасть в Мории, как минимум сильно огорчен этим известием.

— но чудесным образом возвращается с того света.
Более того, Профессор почти прямым текстом говорит нам, что это возвращение обеспечил сам Эру Илуватар. Не какой-нибудь там Манвэ, Король Арды, но лично Эру. Хотя Эру, как правило, совершенно все равно, что там делается в Арде. Случаи его вмешательства в ход ардынских событий можно пересчитать по пальцам одной руки. Дал бытие гномам, утопил Нуменор (или позволил валар его утопить, если судить по версии, изложенной в письме №131), ну и вот Гэндальфа воскресил.

— знает минимум три языка, не считая родного.
Всеобщий, квенью и синдарин, не считая родного валарина.

— он владеет могущественным и редким артефактом,
в виде одного из Трех эльфийских колец.

— а также уникальным оружием в виде своего посоха.
Впрочем, у Гэндальфа есть еще и Гламдринг, который не магический, но уж безусловно уникальный, причем Гэндальф умудряется не потерять его ни в одной передряге. Даже когда он летит вместе с балрогом в пропасть, то и тогда не выпускает меч из рук.

— везде, где он появляется, он имеет в общем положительную репутацию.
Притом он появляется тут и там именно чтобы все разрулить и исправить. Он появляется в критической ситуации, дает советы и приказы — без него, в общем, никак не справятся. Схема действий любой уважающей себя сьюхи.

— друзей у него нет,
Сей факт заслуживает отдельного пункта в нашем списке. Со сьюхой хотят дружить если не все, то многие, сама же она слишком невероятна и совершенна, чтобы испытывать потребность в дружбе с кем бы то ни было. Ни с одним персонажем Гэндальф не состоит в отношениях, отвечающих определению дружбы (которая, как говорит нам толковый словарь, основывается на взаимоуважении, взаимопонимании и взаимопомощи, привязанности и личных симпатиях). Гэндальф нисколько не беспокоится о Фродо, к которому якобы сильно привязан: о Фродо как исполнителе высокой миссии — да, о Фродо лично, как таковом — нет. Даже по отношению к Арагорну, которого Гэндальф хоть раз да называет другом, не прослеживается ничего подобного.

— он тайный агент.
Да. Он послан сюда валар с тайной миссией: «ныне их посланникам запрещено было являть себя в облике величия или пытаться управлять волей людей или эльфов, открыто являя им свою силу; но, в облике слабом и смиренном, им позволено было лишь советами и уговорами склонять людей и эльфов к добру и стараться объединить в любви и понимании всех, кого Саурон, явись он снова, попытался бы одолеть и совратить» ©.

— о нем наслышан каждый важный представитель сюжета.
Безусловно. Даже закоренелый пятидесятилетний домосед Бильбо, отродясь не высовывавший свой нос дальше ближайшего околотка этого тихого и уютного болотца под названием Шир, и тот слышал о Гэндальфе, так что Гэндальфу достаточно только назваться, и Бильбо тут же представляет себе, кто это перед ним такой. На всем пространстве канона один только Беорн заявляет «никогда о таком не слышал». Все остальные оказываются в курсе. Гэндальфа знают эльфы, знают люди, знают хоббиты в Шире, знают гномы, знают орлы, знают энты…

— он состоит в группировке борцов за Свет, Добро и вообще все хорошее,
Это подтверждается всем текстом канона. Никто не сможет привести даже тени доказательства обратного.

— притом он их лидер.
Тоже несомненный факт. Сторона, представляющая в Средиземье Добро и Свет, не делает ничего, не поинтересовавшись предварительно мнением Гэндальфа и не спрося у него совета.

— он выражает взгляды самого автора,
Вне всяких сомнений. Гэндальф имеет полное единство духовных воззрений с Профессором.

— и распространение и поддерживание этих взглядов составляет главную его цель.
Конечно. Для того он и прибыл в Средиземье, именно на это направлена вся его деятельность: утвердить Добро, каким его понимает Профессор, и искоренить Зло, каким его опять же понимает Профессор.

— в процессе утверждения и реализации своих взглядов и целей он получает некую божественную поддержку.
Еще бы! Сам Эру вернул его обратно, да еще и крутизны добавил.

— всех, абсолютно всех, кто не разделяет взглядов и намерений Гэндальфа, ждет печальный и летальный конец.
Исключений нет. Все, кто когда-либо имел наглость возражать Гэндальфу (всерьез возражать, а не когда автору хочется изобразить типа дискуссию и плюрализм мнений), в итоге оказываются мертвы. Торин в «Хоббите», Саруман, Боромир и Денетор в ВК (Денетор умирает страшной смертью, не вызвав ни капли сочувствия ни у милосерднейшего Гэндальфа, ни у самого автора), и даже добрый дедушка Теоден, который имел несчастье быть невежливым с Гэндальфом в сентябре 3018 г.Т.Э., по странному совпадению тоже мертв. На всякий случай пишу дополнительно, поскольку если что-нибудь может быть понято не так, оно непременно будет понято не так: тот факт, что все несогласные персонажи мертвы, не означает, что их всех убивает лично сьюха. Их в любом случае убивает автор. Ведь сьюха должна сиять, все ее противники должны быть растоптаны.

— Гэндальф с величайшей легкостью имеет доступ к любым правителям, что никак не объясняется статусом самого Гэндальфа.
Никого это не удивляет? Ну ладно к Элронду — Элронд хотя бы знает, кто Гэндальф такой. Но к Теодену? К Денетору? Ведь ни в Рохан, ни в Гондор, ни куда-либо еще в книжные лавки не завозили ВК и «Хоббита», те же Теоден и Денетор канон не читали. И для них Гэндальф не великий мудрец и посланник заморского Добра (тем более, что истари прямо указано не раскрывать своей миссии), а странное существо неизвестного места жительства, неизвестного рода занятий и даже неизвестного класса! Гэндальф выглядит как человек, но при этом он бессмертный, т.е. не человек никак. Притом он не эльф, не гном, не орк, не энт, не тролль… Кто он?! Неизвестно. И какие цели он преследует, неизвестно тоже. И вот он так запросто заявляется к правителям, и его пускают и даже слушают? Ах, это же сказка™? Нет, это просто это же сьюха.

— а также вмешивается в дела государственного управления и руководства, что тоже никак не объясняется статусом Гэндальфа.
Например, Гэндальф распоряжается, что и как Древню делать в захваченном энтами Изенгарде — а на каком, простите, основании? Изенгард — владение Гондора. Кто уполномочивал Гэндальфа решать такие вопросы? Да никто. Но сьюхе ведь можно.

Потом мы видим Гэндальфа, командующего в Минас Тирите во время осады и передающего функции управления Имрахилю — а это на каком основании? Но для сьюхи совершенно естественно, явившись из ниоткуда, в три дня достичь такого положения.

— Гэндальф не имеет никаких проблем финансового характера,
У него всегда есть одежда, пища и даже, когда ему требуется, лошадь (что в условиях сеттинга штука очень дорогая), притом это все настолько на постоянной основе, что Гэндальф нигде не проявляет заботы о вещах. В том смысле, что вот Бильбо, к примеру, очень жалел не только о ложечках, но и об утерянных пуговицах с жилета. Хотя был весьма зажиточным хоббитом. Гэндальф же нигде не выражает никаких эмоций по поводу возможной или состоявшейся утраты или порчи какого-либо своего имущества, как будто всегда уверен, что эта недостача всегда может быть пополнена.

В каноне нам описывается, что Гэндальф, убегая от Сарумана на орле, направился в Рохан, ибо нуждался в хорошей лошади Но почему и с чего в Рохане вообще должны были обеспечивать его лошадью?! Хорошей ли, плохой ли — почему?! С какой стати?! . Гэндальф сбежал в чем был и вряд ли в кармане у него лежал туго набитый бумажник. Однако Гэндальф нисколько не сомневается, что лошадь ему там выдадут, причем совершенно за так — и ведь выдают. И ведь временно нехороший Теоден, находящийся под влиянием нехорошего Гримы и выказывающий Гэндальфу великую неприязнь, даже не думает отказать Гэндальфу в этом вопросе. Почему? Отчего?

— при этом совершенно непонятно, на какие средства он живет.
Ну в самом деле! Ему не платят зарплаты и командировочных, он не живет на проценты с капитала, ему не приносит доход никакое имение, мы не подозреваем его в грабежах на больших дорогах и срезании кошельков у ротозеев — на что Гэндальф живет?! Ведь сказка или не сказка, но деньги в мире Средиземья таки есть. Коммунизма там не наступало, денег там никто не отменял. Там есть богатые и бедные, т.е. даже в этой сказке денег не равномерно и сколько хочешь у всех, и они нужны затем же, зачем и в реальном мире. Где их берет Гэндальф? Покрыто мраком.

— даже малознакомые персоны (а знакомые и подавно) отдают Гэндальфу на хранение или в пользование ценные вещи,
Траин отдает Гэндальфу единственные оставшиеся при нем ценности — ключ и карту. О, да, это было в Дол Гулдуре, и Траину в общем-то было особо не из кого выбирать. Но какие у него были основания предпочесть Гэндальфа любому другому существу, находящемуся в Дол Гулдуре? Какие были у Траина основания доверять Гэндальфу больше, чем кому-то другому? Чем Гэндальф был лучше остальных? Ведь его присутствие здесь точно так же могло означать, что Гэндальф предатель и перешел на Темную сторону. Однако же Траин отдает.
В «Хоббите» Бильбо оставляет Аркенстон у Трандуила и Барда (текст не конкретизирует, у кого именно), но на следующий день шкатулку с Аркенстоном к Горе несет Гэндальф.

— при этом отнюдь не имея склонности делать это в отношении всех остальных.
Кирдан отдает ему одно из Трех Колец. Насовсем. Причем именно ему, а не, допустим, Саруману, который был и главнее Гэндальфа изначально, и потом председательствовал на Белом Совете. Но Саруман даже в положительные, так сказать, свои годы, видимо, был недостаточно хорош для передачи ему Нарьи, а вот именно Гэндальф удовлетворял высоким требованиям.

— он пользуется безусловным и неограниченным доверием.
В самом деле, не только когда Гэндальф раздает, так сказать, частные советы и указания (вот хоть тем же Бильбо и Фродо), но даже и когда он на Совете у Элронда предлагает совершенно безумный план нести Кольцо в Мордор — никому даже не приходит в голову усомниться в нем. Никто не испытывает даже тени сомнений в честности и надежности Гэндальфа. А ведь даже Саруман и тот поддался Злу и сделался предателем! Но вопроса, не поддался ли часом Злу сам Гэндальф, не предатель ли он, не возникают ни у кого даже случайно и мельком. Кредит доверия неограничен.

— он лучший из лучших в своей категории.
Если кто-то еще сомневается в этом, пусть откроет главу «Об истари» в «Неоконченных»:

«Но Кирдан с их первой встречи в Серых Гаванях предугадал в нем величайший дух и мудрейший; и он приветствовал его с почтением и отдал ему на хранение Третье Кольцо, Нарью Красный.
— Ибо, — сказал он, — великие труды и опасности лежат перед тобой, и чтобы не оказалась твоя задача слишком велика и утомительна, возьми это Кольцо себе в помощь и утешение. Оно было доверено мне только для тайного хранения, и здесь, на западных берегах, оно праздно; но я считаю, что в дни невдолге грядущие оно должно быть в более благородных руках, чем мои, которые могут владеть им для воспламенения всех сердец храбростью.
[…]
Но последний пришедший был назван среди эльфов Митрандиром, Серым Странником, ибо он не обитал ни в каком месте и не стяжал себе ни богатства, ни последователей, но так и бродил по Западным землям от Гондора до Ангмара и от Линдона до Лориэна, поддерживая все народы во времена нужды. Горяч и бодр был его дух (и это было поддерживаемо кольцо Нарья), ибо он был Враг Саурона, противостоя огню, который пожирает и опустошает, огнем, который зажигает и приходит на помощь среди безнадежности и бедствия; но его радость и его скорый гнев были облачены в одеяния серые, как пепел, так что лишь те, кто знали его хорошо, мельком видели пламя, которое было внутри. Веселым он мог быть и добрым к юности и простоте, и все же быстрым на острую речь и упреки глупости; но он был не горд и не искал ни власти, ни хвалы, и так вдаль и вширь он был любим среди тех, кто не были горды сами. Большей частью он путешествовал неутомимо пешком, опираясь на посох; и так он был назван среди людей Севера Гэндальф, «Эльф посоха». Ибо они считали его (хоть ошибочно, как было сказано) из породы эльфов, коль скоро он, бывало, творил чудеса среди них, любя особенно красоту огня; но однако такие чудеса он делал большей частью для радости и удовольствия, и не желал, чтобы кто-либо почитал его или принимал его советы из страха.

Где-то в другом месте рассказывается, как это было, что когда Саурон восстал снова, он тоже восстал и частично явил свою силу и, сделавшись главным движителем сопротивления Саурону, был в итоге победоносен, и привел все бдительностью и трудом к такому концу, который задумали валар при Едином, что выше их. Однако говорится, что в окончании задания, ради которого он пришел, он сильно пострадал и был убит, и, бывши послан обратно от смерти на краткое время, был одет тогда в белое и стал лучистым пламенем (однако все еще скрытым, исключая только великую нужду). И когда все было кончено, и Тень Саурона была изгнана, он ушел навсегда за Море».
<Лучезарность и прочие положительные качества превосходят все, что мы могли бы вообразить. Просто вместилище всех совершенств и достоинств.

— причем по факту является крупнейшим знатоком в той или иной области,
Никто во всем каноне (даже те, кого канон называет Мудрыми или иным образом сведущими) не обнаруживает столько познаний, сколько Гэндальф.

— причем совершенно непонятно, откуда он все это знает.
На чтение списка примеров, подтверждающих это, не хватит не то что дня, но даже и недели. Остановлюсь на некоторых поразнообразнее, а остальные примеры читатель без труда найдет сам.

Гэндальф даже не подозревает о существовании в Средиземье палантиров до того момента, как один из них едва не разбивает ему голову на пороге Ортханка. Даже после этого Гэндальф не может опознать в этом странном шаре палантир, хотя видит его своими глазами и даже берет его в руки. Но уже спустя всего лишь несколько часов после того, как при помощи Пиппина палантир таки определен, Гэндальф уже читает лекцию о палантирах и их свойствах, и их местонахождении, и куда они делись, и как ими пользоваться, и как с их помощью был уловлен Саруман, причем все это святая правда и нерушимая истина. Хотя за это время Гэндальф не мог ни прочесть в книге/справочнике/энциклопедии, ни обратиться к гуглу, ни попросить помощи зала и знатоков. Откуда вдруг он обрел эти внезапные знания, если несколько часов назад даже не мог опознать палантира, держа его в руках?!

Гэндальф много и долго говорит о свойствах Кольца. Например, о том, что уничтожить его можно только в Ородруине — но откуда он может это знать?! Опытов он не проводил, Саурон ему не исповедовался, с Келебримбором Гэндальф знаком не был, и вообще историю колец изучал Саруман, а сам Гэндальф относился к вопросу настолько легкомысленно, что даже описание Кольца, данное Саруманом на одном из заседаний Белого Совета, пропустил мимо ушей и вспомнил только десятилетия спустя. И откуда у Гэндальфа вдруг это знание? Неизвестно.

Кольцо обладает собственной волей, Кольцо само покинуло Голлума, три из гномьих Колец Саурон вернул, а остальные уничтожили драконы и проч. — все эти материи нам известны исключительно со слов Гэндальфа. Но совершенно неизвестно и логически не прослеживается, откуда и как он мог все это узнать.

— причем он отнюдь не торопится делиться своими знаниями.
В большинстве случаев вместо объяснений Гэндальф отделывается туманными намеками, не менее туманными иносказаниями и прочим кокетством в стиле «подождите — скоро узнаете». Опять-таки как и положено любой порядочной сьюхе.

— ему в итоге удается все, за что бы он ни взялся,
Действительно, хоть где-нибудь Гэндальф в итоге потерпел неудачу? Нет, он преуспел абсолютно везде и во всем. Все его задачи выполнены, все его враги наказаны, унижены и уничтожены, все его друзья… впрочем, как я уже говорила, друзей у него нет.

— при этом даже совершаемые им ошибки в итоге служат только ко благу,
Гэндальф оказался заперт Саруманом на крыше Ортханка? Не беда, он не только сбежал оттуда, но по дороге еще и обрел невероятного коня. Гэндальф сам говорит, что совершил ошибку, позволив Голлуму гулять по белу свету, в результате чего Голлум попал к Саурону и рассказал ему о Шире и Бэггинсе? Ничего, этот же Голлум невероятно удачно встретился с Фродо и послужил ему проводником, да и миссию фактически выполнил.

— а за сами ошибки он не несет никакого наказания (в широком смысле).
Гэндальф фантастически тупит, годами не обращая внимания на хранящееся у Бильбо, а потом и у Фродо кольцо (в самом деле, подумаешь, какая мелочь! Кольцо, делающее невидимым — да они в Средиземье на каждом шагу!), доведя ситуацию до того, что назгулы уже скачут в прямом смысле по пятам за Фродо — Гэндальф не претерпевает от этого никакого ущерба. За эту его ошибку расплачивается Фродо, в муках таская Кольцо по Средиземью, и множество людей, погибающих в битвах, которых не было бы, если бы Гэндальф спохватился несколько десятилетий назад. Однако Гэндальф никак не наказан за все это ни физически, ни морально, а наоборот, отплывает за Море весь белый и успешный.

— все его планы и стратегии неизменно срабатывают,
Кто-нибудь может назвать хоть один не сработавший план Гэндальфа? Я вот нет.

— даже самым невероятным образом,
Гэндальф предлагает совершенно безумный и невыполнимый план нести Кольцо к Ородруину — и вот на всем пути регулярно и по волшебству в кустах оказываются рояли, а Зло на каждом шагу фантастически тупит, и в результате все получается.
Гэндальфа беспокоит наличие дракона в Эреборе. И маг, ведомый исключительно своей интуицией, выбирает, а потом и навязывает Торину и Компании простого ширского обывателя, домоседа и неумеху. И в результате все получается! Хотя как вообще может решить проблему дракона компания из тринадцати гномов и одного хоббита?! Но это же Гэндальф! Все его идеи успешны.

— при этом это единственно верные планы и стратегии.
Почему нельзя отправить Кольцо за Море? Почему нельзя хотя бы попробовать уничтожить его каким-нибудь другим способом? Почему… Потому что Гэндальф так сказал! Этого должно быть достаточно!

— он играет главную роль в деле спасения мира.
Это настолько очевидно, что даже не требует дополнительных пояснений. И только верность привычке заставляет меня подкрепить это утверждение доказательством в виде слов Элронда, сказанных на Совете:
«Если бы не твоя бдительность, Тьма, возможно, уже шла бы на нас».

— ну и наконец разделяет с автором по крайней мере одну привычку, весьма необычную как вообще в сеттинге Средиземья, так и для расы/типа/вида, к которой принадлежит персонаж — Гэндальф курит.
Это не определяющая деталь, это так, заключительный мелкий штришок, отметить который велит справедливость.

И это еще при том, что Гэндальф не наделен необычной/привлекательной внешностью, не состоит ни с кем в романтических или родственных отношениях, не имеет экзотических имени/родословной/привычек, трудного прошлого, личных проблем и комплексов и т.д.

Разве я где-то наврала? Я где-то приписала Гэндальфу лишнего, чего нет в каноне? И если это не сьюха, то кто же сьюха-то тогда?

Но, кстати, знакомясь с фактами биографии самого Профессора, я все более прихожу к выводу, что эта канонная сьюха все же такая же, как подавляющее большинство других: имеет в себе черты личности автора и отражает его собственные мечты, желания и стремления, и то, каким бы он хотел быть. Но это, как говорится, уже совсем другая история.

Навигация

[0] Главная страница сообщений

[#] Следующая страница

Перейти к полной версии