Как королева эльфов и людей, она жила с Арагорном шесть двадцаток лет в великой славе и блаженстве; все же наконец он почувствовал приближение старого возраста и знал, что срок дней его жизни был подходящим к концу, долгий хоть он [срок] был. Тогда Арагорн сказал Арвен:
- Наконец, леди Вечерняя Звезда, прекраснейшая в этом мире и самая любимая, мой мир увядает. Вот! мы собрали и мы истратили, и теперь время платежа приближается.
Арвен знала хорошо, что он задумал, и давно предвидела это; тем не менее она была подавлена своим горем.
- Оставишь ли ты тогда, повелитель, прежде своего времени твой народ, что живет твоим словом? – сказала она.
Комментировать это трудно, потому что мне тут невыносимо жаль Арвен. А Арагорна хочется придушить, а Профессора натыкать носом в это и спрашивать, "и это любовь по Вашему? это счастье по Вашему? это завидный дар? Вы порадовались бы, если бы такое случилось с Вашей дочерью?".
Потому что тут складывается впечатление, что от срока его отбытия в могилу и ее срок зависит. И тут не слова любящей женщины, а слова женщины, которая не хочет умирать. И очень легко ее понять. Причем у нее-то была раньше возможность никогда не испытать этот страх и отчаяние. И об этом она тоже все время помнит.
- Не прежде моего времени, - ответил он. – Ибо если я не пойду сейчас, тогда я должен скоро идти вынужденно. И Эльдарион, наш сын, человек полностью созревший для королевской власти.
О чем он? Она спросила, не умрет ли он прежде времени. Он отвечает, что нет, не прежде времени. И далее- если я поживу еще, то непременно впаду в маразм. А, или речь о том, что это умирание во цвете лет и есть время, когда следует умирать?
И почему он решил именно в это время? Через год уже все, нельзя? А если он на 5 % впадет в маразм, хотя это в человеческом мире вовсе не обязательно, то что, уже не сможет пойти и лечь умереть добровольно? Или ему легкую смерть не пошлют? Кто его в шею толкает?
Почему сейчас, почему не 5 лет спустя? Или почему не 5 лет раньше?
Элдарион у него возрос до совершеннолетия? И что? А если бы Арвен не родила бы ему сына вообще? Он не стал бы умирать? А если бы этот сын родился вот только вот, как у Исилдура, в 200 лет, так у Арагорна в 150? Старушка Арвен этого бы не вывезла, но допустим тогда самое позднее рождение, какое только возможно. И пока сын не станет совершеннолетним, Арагорн умирать бы не пошел? А в случае рождения только дочерей он вовсе не пошел бы умирать?
Затем, придя к Дому Королей на Молчащей улице, Арагорн улегся на длинную кровать, что была приготовлена для него. Там он попрощался с Эльдарионом и дал в его руки крылатую корону Гондора и скипетр Арнора; и затем все оставили его, исключая Арвен, и она стояла одна у его кровати. И при всей своей мудрости и происхождении она не могла воздержаться [от того, чтобы] умолять его остаться еще на какое-то время. Она не была еще усталой от своих дней, и так она вкусила горечь смертности, что она взяла на себя.
Мудрость и происхождение как раз подсказывали ей, как и три тысячи прожитых лет, что смерть не игрушка, не конфетка! И раз уж она смертная, то расставаться со своей единственной жизнью заранее - это идиотизм.
- Леди Ундомиэль, - сказал Арагорн, - час действительно тяжел, но он был сделан именно в тот день, когда мы встретились под белыми березами в саду Элронда, где никто теперь не гуляет/ходит. И на холме Керин Амрот, когда мы оставили равно Тень и Сумерки, эту судьбу/рок мы приняли.
Мы??? Мы приняли??? Умел Профессор писать моральных уродов, но этот не просто первый приз берет, он всех конкурентов уверенно опережает. Нет приличных слов, чтоб описать чувства от того, что это он ее вынудил, он источник ее рока. И только брак с этим ... привел ее к тому, что она сейчас старится и умирает. Раньше я считала, что Арагорн просто клоун, а тут он предстает во всей монументальности своего морального разложения. И где, где страдания и самоотречение, которое по Профессору он должен был испытывать? Он бегал по глуши, спал под кустами и ни разу не попался в плен даже к оркам, ни разу не был смертельно ранен, мама у него умерла, дожив до 100 лет, невесту получил, детей завел в своем весьма преклонном возрасте. Где страдания? Я это не к тому, что пострадай он хоть в плену, его садистские слова, обращенные к Арвен, были бы менее садистскими. Я к тому, что эта гадина(они с Гендальфом нашли друг друга!) никаких проблем в жизни не имела, а получила все лучшее, что только может быть. Где это письмо 43 вот тут?
Держи совет с собой, любимая, и спроси, хочешь ли ты в самом деле иметь меня ждущим, пока я не высохну и не паду с моего высокого седалища, неуправляемый и безмозглый.
Да! Хочет! И что, если она сейчас скажет, что она хочет, пусть самыми красивыми словами о возможности пробыть с ним весь отмеренный Эру срок, он перестанет умирать, встанет и пойдет сидеть на троне??? Он хоть что-нибудь для нее сделал за всю его долгую и нафиг никому ненужную жизнь? Он хоть чем-то пожертвовал для нее, своей любимой? Ах, он с женщинами не встречался до свадьбы? А что-то такое, что было бы хоть примерно эквивалентно принесенной ею жертве? Вот сейчас она его просит не умирать. Чем он жертвует, согласившись? Эру ему не даст легкую смерть? А она вообще не должна была умирать! И удовлетворение ее просьбы хоть немного отсрочит ее конец. И что-даже такой малостью этот победитель в Войне Кольца, как нам писали, не пожертвует для любимой женщины?
Нет, леди, я последний из нуменорцев и самый поздний король Старших Дней; и мне был дан не только срок жизни втрое [больший] такового людей Средиземья, но также милость идти по своей воле и вернуть обратно дар. Теперь, поэтому, я усну.
Постель тебе стекловатой! О чем он? Какой он последний нуменорец? Нуменор утонул эпоху назад! Король Старших дней? Да он уже в маразме! Мания величия налицо. Он себя считает последним фараоном, последним императором Священной римской имеприи, если перевести на наш мир? Он сошел с ума.
Или этот "нуменорец" и "король Старших дней"-это потому что он себя равняет с теми королями, умиравшими раньше срока на Нуменоре? Но позвольте, откуда он знал, что ему не 160 лет отмерено? Потому что тогда он должен был пойти умирать еще 70 лет назад! И почему он этого не сделал? Кто ему сообщил, что ему отмерено гораздо больше и он может начать умирать вот теперь? А вдруг ему, как Элросу 500 лет положили?
Я не говорю никакого утешения тебе, ибо нет утешения для такого горя в пределах кругов мира. Самый крайний выбор перед тобой: раскаяться и идти в Гавани и унести прочь на Запад память наших дней вместе, что будет там вечнозеленой, но никогда более, чем памятью; или же смириться с Судьбой/Роком людей.
- Нет, дорогой повелитель, - сказала она, - этот выбор давно окончен.
Только матом ругаться, а у нас рейтинг. Ему доставляет удовольствие измываться над ней? И кто он после этого?
Теперь нет корабля, что унес бы меня отсюда, и я должна действительно смириться с Судьбой/Роком людей, хочу я этого или нет: потеря и молчание. Но я говорю тебе, король нуменорцев, [вплоть] до этого момента я не понимала историю твоего народа и его падения. Как злобных дураков, я презирала их, но я жалею их наконец. Ибо если это действительно, как эльдар говорят, дар Единого людям, его горько получать.
Сытый голодного, понятное дело, не понимает. И эти посланцы Манвэ сидели перед нуменорцами и тоже бубнили, что величайший этот Дар так прекрасен, так хорош. И вот тут, будь это и правда волшебная сказка, прекрасный мир, тут имелась бы возможность посредством души Арвен, испытавшей на себе этот тошный Дар, убедить
Намо Эру, что надо что-то поменять, что надо сделать всех его детей бессмертными, допустим. Но сказкой тут и не пахнет. Злобными дураками, ну-ну.
- Так это кажется, - сказал он. – Но давай не будем побеждены при последнем испытании, кто встарь отрекся от Тени и Кольца. В печали мы должны идти, но не в отчаянии. Зри! Мы не привязаны навечно к кругам мира, и за пределами их больше, чем память. Прощай!
Бредит. Про круги, которых больше за пределами, чем память, я не поняла.
Мы отреклись от Тьмы и кольца? Арвен его тоже предлагали? Нет? А почему, блин, опять "мы"?
И я чего-то не поняла-на Керин Амроте он от Тьмы отрекался, так он Кольцо имел в виду? Но он же не знал о нем. Он отрекался на словах, от какой-то неведомой абстрактной тьмы. И в чем величие и духовный подвиг в таком отречении? Вегетарианец отрекается хоть, блин, от вкусного мяса, т.к. ему жалко животных, а тут? Арагорн отрекся от зла, которое зло к нему даже клинья не начало подбивать, ничем ему не было интересно. Где тут искушение и самоотречение?
А отречение от Кольца, когда оно было Арагорну предложено-да от этого искусительного кольца отказалось 8 отрядников из 9(если принять за правду, что Боромир поддался), отказались Элронд и Гендальф и Галадриэль, отказались орки, когда Сэм и Фродо попались уже перед самым концом, отказалась еще толпа хоббитов, среди которых его носил Бильбо, даже не почесались взять это соблазнительное кольцо все гномы отряда Торина, люди Дэйла, хоть и были они головорезы. Никто же не говорит, что искушающий голос кольца слышит только тот, кто знает о нем и даже видит его. И где тут самоотречение и величие?
